Обезьянолюди — кто это были?

На протяжении многих лет сообщается о неоднократных находках ископаемых остатков обезьяноподобных людей. Научная литература изобилует художественными изображениями таких существ. Являются ли они эволюционным переходом от животных к человеку? Являются ли «обезьянолюди» нашими предками? Ученые-эволюционисты утверждают, что да. Поэтому мы часто встречаемся с формулировками, подобными следующему заголовку статьи одного научного журнала: «Как обезьяна стала человеком».

Правда, некоторые эволюционисты не считают правильным называть этих предполагаемых предков человека «обезьянами». Но другие их коллеги не делают такого строгого различия. Стивен Джей Гоулд сказал: «Люди… развились от обезьяноподобных предков». А Джордж Гейлорд Симпсон заявил: «В обиходной речи каждый, кто увидел бы общего предка, несомненно назвал бы его человекообразной обезьяной или просто обезьяной. Поскольку выражения человекообразная обезьяна и обезьяна обусловлены общепринятым употреблением, то предки человека были человекообразными обезьянами или просто обезьянами».

Почему палеонтологическая летопись играет такую важную роль в усилиях документально обосновать существование обезьяноподобных предков человека? По­тому что ни один из современных живых организмов не подтверждает эту теорию. Люди отделены громадной пропастью от всех существующих сегодня животных, включая семейство обезьян. Поскольку живой мир не предоставляет связующего звена между человеком и обезьяной, надежды возлагались на ископаемые.

С точки зрения эволюции, очевидная сегодня пропасть между человеком и обезьянами кажется странной. Согласно теории эволюции, животные, поднимаясь по эволюционной лестнице, становились все более способными к выживанию. Почему же тогда сохранились «низшие» семейства обезьян, но не остался ни один представитель предполагаемых промежуточных форм, казалось бы, дальше продвинувшихся в эволюции? Сегодня мы видим шимпанзе, горилл и орангутанов, но не видим никаких «обезьянолюдей». Кажется ли это правдоподобным, чтобы вымерли не низшие человекообразные обезьяны, а все представители более современных и, предположительно, более продвинутых «связующих звеньев» между обезьяноподобными существами и современным человеком?

Насколько обширен ископаемый материал?

Научная литература, музейные экспонаты и телевидение создают впечатление, будто имеются обильные доказательства того, что человек развился от обезьяноподобных созданий. Но так ли это на самом деле? Например, какие ископаемые доказательства имелись во дни Дарвина? Был ли он побужден сформулировать свою теорию наличием подобных доказательств?

The Bulletin of the Atomic Scientists (Бюллетень ученых-атомников) сообщает: «При ближайшем рассмотрении ранние теории человеческой эволюции действительно очень странные. Дейвид Пилбим назвал ранние теории „лишенными ископаемых». Речь идет о таких теориях человеческой эволюции, которые, казалось бы, требовали некоторых ископаемых доказательств, но таковых, в действительности, не было, или было так мало, что они не оказали никакого влияния на теорию. Между предполагаемыми ближайшими родственниками человека и ранними человеческими ископаемыми, таким образом, находилась лишь фантазия ученых девятнадцатого века». В той же научной публикации приводится причина: «Люди хотели верить в эволюцию, в эволюцию человека, и это повлияло на результаты их работы».

Насколько обширны ископаемые свидетельства существования «обезьянолюдей» после ста с лишним лет поисков? Ричард Лики заметил: «Те, кто работает в этой области, имеют так мало материала, пригодного для обоснования их выводов, что им часто приходится пересматривать свои заключения». Журнал New Scientist (Нью сайентист) комментировал: «Судя по количеству свидетельств, на которых базируется изучение ископаемых людей, оно едва ли может считаться большим, чем просто побочной дисциплиной палеонтологии или антропологии… коллекция мучительно скудна, а сами образцы часто фрагментарны и неубедительны».

Подобным образом книга Origins (Начала) признает: «Чем дальше мы продвигаемся по пути эволюции к человеку, тем неувереннее становится наш шаг, опять-таки вследствие недостатка ископаемых доказательств». Журнал Science (Сайенс) добавляет: «Основным научным доказательством является жалкий ряд    костей,    по    которым    приходится    воссоздавать эволюционную историю человека. Один антрополог сравнил эту задачу с попыткой реконструировать сюжет романа Война и мир с помощью 13 беспорядочно выхваченных страниц».

Насколько скудны ископаемые свидетельства относительно «обезьянолюдей»? Обрати внимание на следующие примеры. Newsweek (Ньюсуик): «„Все ископаемые остатки можно было бы положить на один стол», — сказал Эльвин Саймонс из Дьюкского университета». The New York Times (Нью-Йорк таймс): «Известные ископаемые остатки предков человека поместились бы на бильярдном столе. Для того чтобы заглянуть во мглу последних нескольких миллионов лет, такая платформа слаба». Science Digest (Сайенс дайджест): «Примечателен факт, что весь вещественный материал, имеющийся у нас для доказательства эволюции человека, можно поместить в один гроб, в котором бы еще осталось место!.. Современные обезьяны, например, возникли, видимо, ниоткуда. У них нет прошлого, никакой пале­онтологической летописи. И истинное происхождение современных людей — существ с большим мозгом, прямоходящих, бесшерстных, изготовляющих орудия — является, если мы честны сами с собой, таким же таинственным вопросом».

Человек появляется в палеонтологической летописи внезапно, причем таким, каков он есть сегодня: способным размышлять, строить планы, изобретать, использо­вать ранее приобретенные знания и говорить на сложных языках. Гоулд в своей книге The Mismeasure of Man (Неправильное измерение человека) замечает: «У нас нет никакого доказательства того, что после появления в  палеонтологической летописи  гомо  сапиенса около пятидесяти тысяч лет тому назад в объеме или структуре мозга произошли биологические изменения». Поэтому в книге The Universe Within (Космос внутри) задается вопрос: «Что заставило эволюцию… произвести, как бы в одну ночь, современного человека с его особым, высокоразвитым мозгом?». Эволюционная теория не в состоянии дать ответа.

Где связующие звенья?

Но все-таки, разве не нашли ученые необходимые «связующие звенья» между обезьяноподобными животными и человеком? Судя по доказательствам, нет. В Science Digest говорится об «отсутствии недостающего звена для объяснения сравнительно внезапного появления современного человека». В Newsweek говорится: «Недостающее звено между человеком и обезьянами… — это лишь наиболее обаятельное из целой иерархии фиктивных существ. Недостающие звенья в палеонто­логической летописи являются нормой».

Так как связующие звенья отсутствуют, пришлось на основании минимальных данных выдумывать «фиктивные существа» и выдавать их за действительно существовавшие. Этим объясняется, как могло возникнуть следующее противоречие, о котором сообщалось в одном научном журнале: «Люди эволюционировали от своих обезьяноподобных предков постепенно, а не внезапными скачками от одной формы к другой, как утверждают некоторые ученые… Но на основании фактически тех же данных другие антропологи, как сообщалось, пришли к абсолютно противоположному заключению».

Ввиду этого, нам становится более понятным наблюдение уважаемого анатома Солли Цуккермана, который написал в Journal of the Royal College of Surgeons of Edinburgh (Журнал эдинбургской королевской корпорации хирургов): «Поиск знаменитого „недостающего звена» в эволюции человека, святого Грааля неумираю­щей школы анатомов и биологов, позволяет и ныне процветать спекуляциям и мифам, как это происходило 50 и более лет назад». Он заметил, что факты слишком часто игнорировались и вместо этого, вопреки обратным данным, защищались общепринятые, популярные взгляды.

Родословное древо человека

В результате, «родословное древо», которым часто изображается предполагаемая эволюция от низших животных к человеку, постоянно меняется. Например, Ричард Лики сказал, что наиболее свежая находка ископаемых остатков «разрушает представление о том, что все ранние ископаемые остатки можно расположить в аккуратный ряд эволюционных преобразований». Относительно этой находки в одном газетном сообщении объявлялось: «Каждую отдельную книгу по антропологии, каждую статью об эволюции человека, каждое изображение родословного древа человека придется выбросить за ненадобностью. Все они, видимо, ошибочны».

Теоретическое родословное древо человеческой эволюции усеяно отбросами ранее признававшихся «связующих звеньев». Эволюционная наука, как замечает передовая статья газеты The New York Times, «содержит столько свободного места для предположений, что теории о происхождении человека говорят, скорее, о своем авторе, чем о теме… Часто создается впечатление, что тот, кто нашел новый череп, перерисовывает родословное древо человека, помещая свою находку в центральную линию, ведущую к человеку, а черепа всех других — в побочные линии, ведущие в никуда».

В рецензии на книгу эволюционистов Найлса Элдриджа и Иэна Таттерсаля The Myths of Human Evolution (Мифы эволюции человека), журнал Discover (Дискавер) заметил, что авторы устранили всякое эволюционное родословное древо. Почему? После заметки, что «о связующих звеньях, составляющих родословие человека, можно только догадываться», там же говорится: «Элдридж и Таттерсаль настойчиво утверждают, что человек напрасно старается выяснить свое происхождение… Если бы доказательства имелись, заявляют они, „можно было бы с уверенностью ожидать, что, по мере умножения находок ископаемых остатков гоминидов, история развития человека становилась бы все более и более понятной. Однако если что-либо и происходит, то только обратное»».

Журнал Discover пришел к такому заключению: «Вид человек и все другие виды останутся своего рода сиротами, так как место и положение их предков затерялись в прошлом». «Затерялись», может быть, с точки зрения эволюционной теории. Но разве нельзя «найти» наших прародителей в сообщении книги Бытие, где они точно такие же, как в палеонтологической летописи, — в полной мере люди, такие же, как и мы?

Палеонтологическая летопись свидетельствует об отдельном, обособленном возникновении обезьян и людей. Именно поэтому не существует ископаемых доказа­тельств связи человека с обезьяноподобными животными. Связующих звеньев в действительности никогда не было.

Как они выглядели?

Если предки человека не выглядели как обезьяны, то почему же тогда научные издания и музеи по всему миру наводнены изображениями и моделями «обезьяно­людей»? На чем основываются эти изображения? Книга The Biology of Race (Биология рас) отвечает: «На таких реконструкциях для воспроизведения мяса и волос при­ходится прибегать к фантазии». Дальше говорится: «Цвет кожи; окраска, качество и распределение волос; черты и выражение лица — об этих отличительных признаках доисторических людей мы абсолютно ничего не знаем».

Также, журнал Science Digest комментировал: «Подавляющее большинство художественных концепций базируется не столько на данных, сколько на фантазии… Художники вынуждены моделировать нечто среднее между обезьяной и человеком; чем старше оценивают образец, тем более обезьяноподобным они его делают». Охотник за ископаемыми остатками Дональд Иогансон признался: «Никто не может с уверенностью сказать, как выглядел какой-нибудь вымерший гоминид».

Согласно сообщению журнала New Scientist, нет «достаточных доказательств в виде ископаемого материала, чтобы отделить наше теоретизирование от области фантазии». Следовательно, как признался один эволюционист, изображения «обезьянолюдей» являются «чистой фикцией почти во всех отношениях… сплошной выдумкой». Поэтому Ивар Лисснер писал в своей книге Man, God and Magic (Человек, Бог и магия): «Как мы сегодня постепенно узнаем, что первобытный человек не был „диким», так же мы должны учиться понимать, что ранние люди ледникового периода не были ни грубыми зверьми, ни полуобезьянами, ни кретинами.

Поэтому-то невыразимо глупы попытки реконструировать неандертальца или даже пекинского человека».

В своем желании найти свидетельство существования «обезьянолюдей», некоторые ученые стали жертвой настоящего обмана, например, в случае с пилтдаунским человеком в 1912 году. Приблизительно в течение 40 лет большинство сторонников эволюции признавало его подлинным. Наконец подделка была разоблачена в 1953 году, когда современные методы исследования обнаружили, что человеческие и обезьяньи кости были сложены вместе и подвергнуты искусственному старению. В другом случае обезьяноподобное «недостающее звено» было нарисовано и представлено в печать. Позже, однако, обнаружилось, что «свидетельство» состояло всего-навсего из одного зуба, принадлежавшего вымершему виду свиней.

Кто они были в действительности?

Если реконструкции «обезьяночеловека» лишены оснований, то кто же тогда были те существа, костные остатки которых были найдены? Одним из этих наиболее ранних млекопитающих, якобы относящихся к линии человека, является маленькое, грызуноподобное животное, которое жило, как утверждают, около 70 миллионов лет тому назад. В своей книге Lucy: The Beginnings of Humankind (Люси: истоки человечества) Дональд Иогансон и Мэйтлэнд Эди писали: «Это были насекомоядные четвероногие животные, по размеру и форме похожие на белок». Ричард Лики обозначил это млекопитающее «крысоподобным приматом». Но имеются ли какие-нибудь убедительные доказательства того, что эти крошечные животные были предками людей? Нет, имеются только предположения, в которых желаемое принимается за действительное. Никакие переходные ступени никогда не связывали их ни с какими другими животными. Они остались тем, чем были всегда: маленькими, грызуноподобными млекопитающими.

После периода примерно в 40 миллионов лет, признанного пробелом, общепринятая родословная продолжается ископаемыми остатками, которые были найдены в Египте и получили название египтопитек (египетская обезьяна). Об этом существе говорится, что оно жило приблизительно 30 миллионов лет тому назад. В журналах, газетах и книгах публиковались изображения этого небольшого существа со следующими заголовками: «Обезьяноподобное существо было нашим пред­ком» (Time [Тайм]), «Обезьяноподобный африканский примат назван общим предком человека и человекообразных обезьян» (The New York Times), «Египтопитек является предком, которого мы разделяем с современными обезьянами» (Origins). Но где же связующие звенья между ним и предшествующим грызуном? Где связующие звенья к существам, которые считаются его потомками по родословной линии? До сих пор не нашлось ни одного.

Возвышение и падение обезьянолюдей

После еще одного, по общему признанию, гигантского пробела в палеонтологической летописи другое ископаемое существо было представлено в качестве первой человекоподобной обезьяны. О ней говорилось, что она жила приблизительно 14 миллионов лет тому назад, и назвали ее рамапитеком (обезьяна Рамы, по имени мифического индийского князя Рамы). Ее ископаемые остатки были обнаружены около полувека тому назад в Индии. По этим остаткам было сооружено обезьяноподобное, двуногое, прямоходящее существо. В книге Origins о нем говорится: «Насколько известно в настоящий момент, это первый представитель человеческого рода».

На каких ископаемых доказательствах основывалось это заключение? Та же публикация замечает: «Находки рамапитека значительны, хотя, с точки зрения абсолюта, они остаются мучительно скудными: фрагменты верхней и нижней челюстей, плюс несколько зубов». Как ты думаешь, было ли количество находок достаточно «значительным», чтобы по ним можно было реконструировать прямоходящего «обезьяночеловеческого» предка людей? И все же художники изображали это в большей степени гипотетическое существо как «обезьяночеловека», и их рисунки наводнили эволюционную литературу — и все это на основании зубов и осколков челюстных костей! Рамапитек в течение нескольких десятилетий «прочно сидел у основания эволюционного древа человека», как сообщалось в The New York Times.

Теперь же дело обстоит иначе. Недавние, более полные находки ископаемых остатков показали, что рамапитек очень похож на современных представителей семейства человекообразных обезьян. Поэтому в журнале New Scientist теперь объясняется: «Рамапитек не мог быть первым членом человеческой линии». Эти новые сведения привели к тому, что в журнале Natural History (Естествознание) был поднят следующий вопрос: «Как мог рамапитек… реконструированный по одним лишь зубам и челюстям — без информации о тазе, конечностях или черепе, — вкрасться в процесс становления человека?». Очевидно, попытка заставить свидетельство гово­рить то, о чем оно не говорит, сопровождалась большой готовностью принимать желаемое за действительность.

Еще один пробел колоссальных масштабов лежит между описанным существом и следующим «обезьяночеловеком», причисленным к нашим предкам. Речь идет о так называемом австралопитеке (южная обезьяна). Его ископаемые остатки были впервые обнаружены в 1920-е годы в южной Африке. Он имел маленькую, похожую на обезьянью, черепную коробку и мощную челюсть. Его изображали ходящим на двух ногах, с наклоном вперед, волосатым и внешне похожим на обезьяну. Предполагалось, что он появился приблизительно три или четыре миллиона лет тому назад. Со временем он был принят почти всеми эволюционистами в качестве предка человека.

В книге The Social Contract (Общественный договор) упоминалось следующее: «В настоящее время все компетентные исследователи, кроме одного или двух, еди­нодушны в том, что австралопитеки… действительно являются предками человека». В The New York Times объяснялось: «Именно австралопитек… в конце концов эволюционировал в гомо сапиенса, или современного человека». В своей книге Man, Time, and Fossils (Человек, время и ископаемые) Рут Мур сказала: «Благодаря всем этим находкам, человек, наконец, встретил своих долгое время неизвестных ранних предков». Она особо подчеркнула: «Доказательства были ошеломляющие… недостающее звено наконец-то было найдено».

Но когда свидетельство в пользу чего-нибудь шатко или же отсутствует, или основано на прямом обмане, то утверждение рано или поздно обнаруживает свою несостоятельность. Это происходило в случае со многими предполагаемыми «обезьянолюдьми».

То же случилось и с австралопитеком. Более тщательные исследования выявили, что его череп «отличался от человеческого не только меньшим объемом мозга». Анатом Цуккерман писал: «Череп австралопитека, при сравнении с человеческим и обезьяньим, обнаруживает поразительное сходство не с человеческим, а с обезьяньим черепом. Противоположное заявление равносильно утверждению, что черное — это белое». Он также сказал: «Наши находки не оставляют сомнения в том, что… австралопитек похож, скорее, на современных человекообразных и прочих обезьян, чем на гомо сапиенса». Дональд Иогансон писал: «Австралопитеки… не были людьми». Подобным образом Ричард Лики признал «невероятным, чтобы наши непо­средственные предки произошли от австралопитеков».

Если бы сегодня обнаружили живых австралопитеков, то их посадили бы в зоопарк вместе с другими человекообразными обезьянами. Никто не называл бы их «обезьянолюдьми». То же самое можно сказать и о других ископаемых «родственниках», похожих на них, например о «Люси», низкорослом виде австралопитеков. О нем Роберт Ястров говорит: «В абсолютном объеме его мозг не был большим. Он составлял лишь треть объема человеческого мозга». Очевидно, и это существо было просто «человекообразной обезьяной». В журнале New Scientist говорилось, что череп «Люси» «очень похож на череп шимпанзе».

Еще один ископаемый вид называют гомо эректус (человек прямоходящий). По объему и форме головного мозга он фактически не уступает современному человеку. Encyclopaedia Britannica (Британская энциклопедия) отмечает, что «обнаруженные до сих пор кости конечностей невозможно отличить от конечностей [гомо] сапиенса». Все же неясно, был ли он человеком или нет. Если да, то он был просто вымершей ветвью человеческого рода.

Человеческий род

Неандерталец (от названия долины Неандерталь в Германии, где были найдены его первые ископаемые остатки), несомненно, относился к человеческому роду. Сначала его изображали полусогнутым, глуповатым на вид, волосатым и похожим на обезьяну. Теперь стало известно, что эта ошибочная реконструкция базировалась на ископаемом скелете, который был сильно деформирован болезнью. С тех пор было обнаружено множество ископаемых остатков неандертальцев, подтверждающих, что они не очень отличались от современных людей. В своей книге Ice (Лед) Фред Хойл констатирует: «Нет никакого доказательства того, что неандерталец в каком-нибудь отношении стоял ниже нас». Вследствие этого новые изображения неандертальца приобрели более современный облик.

Другой ископаемый тип людей, который часто встречается в научной литературе, — кроманьонец. Название происходит от местности в южной Франции, где его кости были обнаружены впервые. Эти индивидуумы «были настолько неотличимы от современных людей, что даже самым страстным скептикам пришлось признать их за людей», — говорится в книге Lucy.

Таким образом, налицо доказательства, что вера в «обезьянолюдей» необоснованна. Напротив, все отличительные признаки людей свидетельствуют о сотворении, происшедшем отдельно и обособленно от всех животных. Люди размножаются только по роду своему. Они делают это сегодня так же, как делали всегда. Всякие обезьяноподобные существа, жившие в прошлом, были не кем иным, как человекообразными обезьянами или просто обезьянами, но не людьми. А ископаемые древние люди, слегка отличавшиеся от современных людей, служат просто примером разнообразия внутри человеческого рода, подобно сегодняшнему разнообразию среди сосуществующих типов людей. Двухметровые люди отличаются от пигмеев размерами и формой скелета. Но все они относятся к одному и тому же «роду» людей, а не животных.

Что можно сказать о датировке?

Библейская хронология указывает на то, что со времени сотворения людей прошло приблизительно 6 000 лет. Почему же тогда в литературе часто говорится, что с момента появления собственно человеческих ископаемых прошло гораздо больше времени?

Прежде чем отвергать библейскую хронологию как ошибочную, необходимо принять к сведению, что радиометрические методы датировки резко критикуются не­которыми учеными. В одном научном журнале сообщалось об исследованиях, согласно которым «датировки, основанные на радиоактивном распаде, могут отклоняться от истинного возраста — не только на несколько лет, но и на целые математические порядки». Дальше говорилось: «Человек, возможно, пребывает на земле не 3,6 миллиона лет, а всего лишь несколько тысяч лет».

Возьмем, к примеру, радиоуглеродные «часы». Этот радиоуглеродный метод датировки был разработан учеными всего мира в течение двух десятилетий. Его широко приветствовали как способ для точного определения возраста изделий из древней истории человека. Но позже в Упсале (Швеция) состоялась конференция крупных специалистов по радиохимии, археологии и геологии с целью обмена опытом. Отчет о конференции выявил, что основные предположения, на которых базировались измерения, оказались в большей или меньшей степени ненадежными. Например, было обнаружено, что в прошлом скорость образования радиоактивного углерода в атмосфере была непостоянной и что датировки предметов, относящихся примерно к 2 000 году до н. э. или раньше, не заслуживают доверия.

Необходимо помнить, что давность действительно достоверных свидетельств человеческой деятельности на земле исчисляется не миллионами, а тысячами лет. Например, в книге The Fate of the Earth (Судьба земли) мы читаем: «Всего лишь шесть или семь тысяч лет тому назад… возникла цивилизация, позволившая нам постепенно воздвигнуть человеческий мир». В труде The Last Two Million Years (Последние два миллиона лет) констатируется: «В Старом Свете почти все решающие шаги в аграрной революции были предприняты между 10 000 и 5 000 годами до н.э.». Дальше говорится: «Зафиксированным письменным сообщениям человека всего лишь 5 000 лет». Факт, что палеонтологическая летопись свидетельствует о внезапности появления на земле современного человека и что достоверные исторические записи, по общему признанию, недавнего происхождения, соответствует библейской хронологии.

В связи с этим обратим внимание на высказывание одного из пионеров в области радиоуглеродного метода датировки и специалиста по ядерной физике, лауреата Нобелевской премии У. Ф. Либби в журнале Science: «Исследования для разработки метода датировки состояли из двух стадий — датировка образцов исторической и доисторической эпох. Арнольд [сотрудник] и я испытали первый удар, когда наши консультанты осведомили нас о том, что история прослеживается всего лишь на протяжении 5 000 лет… Ты не раз читал о том, что такому-то обществу или таким-то раскопкам 20 000 лет. Внезапно мы узнали, что подобные числа и подобные древние эпохи определены не точно».

В своей рецензии на одну книгу по эволюции английский автор Малкем Маггеридж подверг критике недостаток доказательств в пользу эволюции. Он заметил, что, несмотря на этот недостаток, пышно разрослись нелепые предположения. Затем он сказал: «По сравнению с этим, сообщение книги Бытие выглядит довольно здравым, и нужно, по крайней мере, признать, что оно имеет действительное отношение к известным нам данным о людях и их поведении». На его взгляд, необоснованные заявления о миллионах лет человеческой эволюции «и нелепые прыжки от черепа к черепу не могут не броситься в глаза как чистая фантазия каждому, кто не увлекся [эволюционным] мифом». Маггеридж заключил: «Факт, что столь небрежное и неубедительное теоретизирование так легко пленило умы двадцатого века и применялось так широко и опрометчиво, будет, безусловно, удивлять и, надеюсь, изрядно забавлять последующие поколения».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *