Иоанн Павел II — «Не бойтесь!»

Поздним мартовским вечером я оказалась в Риме перед собором Св. Петра. Сгущавшийся мрак и пустоту площади прорезывал свет, льющийся из трех далеких окон Апостолического дворца. «Мой Бог, неужели Папу выписали из клиники», — тихо сказала гид.

Свет в окнах обнадежил, но, увы, ненадолго. Не прошло и месяца, как Папы не стало.

Подготовка к походу

Согласно традиции, когда Папа римский только что покинул этот мир и находится на пути к своему Создателю, камерарий трижды окликает его именем, данным при крещении. «Кароль! Кароль! Кароль!» — может быть, еще услышал Иоанн Павел II то имя, которым когда-то звала его мама. И все же он не повернул обратно. Мы потеряли человека, звавшегося когда-то Каролем Войтылой. Но понимание того, кого мы действительно потеряли, придет не сразу.

Четыре года назад мы торжественно отметили начало нового столетия. Сегодня становится все меньше людей, учившихся писать из чернильниц-невылеваек 86-м пером, и все больше тех, которые свои первые слова набрали на дисплее компьютера. Но суть перемен состоит не в технических новшествах, а в том, что будет написано с их помощью. Какие вечные ценности передал двадцатый век двадцать первому?

Папа римский Иоанн Павел II, он же Кароль Войтыла, хотел, чтобы люди взяли в свой походный рюкзак как можно больше хорошего. Как опытный альпинист он знал: для жизни в походе (а что наша жизнь, как не долгий поход?) требуется не слишком много вещей. Главное состоит в том, чтобы они были правильно уложены и всегда находились под рукой.

А что было за плечами самого Папы? Он родился 18 мая 1920 г. в маленьком польском городке Вадовице. Ему не было еще 10 лет, когда умерла мать. К 22 годам он остался круглым сиротой, потеряв сестру, старшего брата и отца. Может быть, именно эти потери повернули его на путь принятия священнического сана.

Безусловно, сыграла свою роль и Вторая мировая война. Молодой Кароль работал на каменоломнях под Краковом и на химическом заводе, а вечерами в условиях подполья учился на отделении богословия Ягеллонского университета.

Одновременно был создан «Театр восторга», который должен был вносить свою лепту в движение Сопротивления — сопротивления фашистской оккупации через культуру. Войтыла писал пьесы и участвовал в представлениях, которые проходили на частных квартирах. Он был очень талантлив, и многие прочили ему артистическую карьеру.

Но жизнь постоянно висела на волоске. Каждый день оккупационные власти вывешивали все новые «расстрельные» списки. Исчезли навсегда многие друзья. После Варшавского восстания, когда стали «отлавливать» всех молодых мужчин, Кароля спас архиепископ краковский Сапега, спрятав в своей резиденции. Может быть, тогда будущий Папа почувствовал ценность каждого момента жизни и дал обет отдать ее людям.

В 1946 г. Войтыла был посвящен в духовный сан. Отныне самым важным для него становится не то, что он делает, а кем он является.

В «родственном» кругу

После двухлетнего обучения в Риме Войтыла возвращается в Польшу, где получает назначение приходским священником. Вряд ли история знала таких священников. Вокруг него собирается кружок студентов Краковского университета, и эта дружба останется с ними на всю жизнь. На субботних семинарах они изучают христианскую доктрину, заостряя внимание на тех проблемах, которые не может объяснить атеизм. Искусство постижения католицизма через интеллект привлекает все большее число слушателей. И в значительной степени благодаря неординарной фигуре руководителя семинаров.

С ним можно было спорить, отстаивая свою точку зрения, ему можно было задавать любые вопросы. Порой он честно говорил, что не знает ответа. Но ответ всегда можно было выработать в общем обсуждении, найдя хоть маленький островок для согласия. Впоследствии многие будут говорить о необыкновенной способности Папы находить возможность для примирения самых, казалось бы, крайних позиций.

Он был всегда открыт и очень честен. Люди тянулись к нему, особо ценя эти качества посреди лжи коммунистической Польши. Кружок все расширялся, и скоро возникла группа, получившая название «Шродовиско». Буквально это слово означает «среда», но Войтыла предпочитал более «душевный» вариант — «окружение». Именно с образования этой группы началась «карьера» будущего Папы.

Они по-прежнему вели интеллектуальные беседы. Может быть, научные дискуссии молодых физиков и инженеров о тайнах мироздания, о прогрессе, о достижениях техники позволили Папе впоследствии посмотреть иначе на «конфликт» науки и религиозной доктрины.

Дружба между членами «Шродовиско» становилась все крепче. Теперь они вместе отдыхали, совершали путешествия во время отпусков. Зимой были лыжные походы и стремительные спуски по крутым склонам. Летом — походы на байдарках. Войтыла, который придумал себе имя «Вуек» — дядюшка, — не отставал от своих молодых друзей.

Со временем он расширил круг своего служения, помогая молодым друзьям в различных житейских ситуациях. В «Шродовиско» настало время свадеб, а затем появления первенцев. Войтыла напутствовал друзей перед принятием важного решения, а потом сам проводил обряды венчания и крещения. Он стал моральным авторитетом, но не таким, который давит, отстаивая свою точку зрения. Он вызывал доверие добротой, бескорыстием и открытостью, показывая собственным примером, что идеала святости каждый может достичь еще при жизни.

Именно тогда возник его девиз «Не бойтесь!», в смысле — не бойтесь быть святыми. Он говорил о том, что люди по тем или иным соображениям боятся проявлять свои лучшие стороны и побуждения. Может быть, оттого, что наше время стало очень циничным и такие люди становятся чуть ли не посмешищем в глазах «хватающих момент» собратьев. Но именно люди диктуют условия своему времени. Если уйдет страх, то уйдет и цинизм.

В 50-е годы Войтыла становится профессором кафедры философии Ягеллонского университета, получает вторую докторскую степень, проходит обряд посвящения в епископы. В 60-е он становится архиепископом краковским, принимает участие во Втором Ватиканском соборе, пишет стихи и публикует их под псевдонимом. В 1968 г. Папа Павел VI производит его в кардиналы. Летом 1978 г. кардинал Войтыла совершает свой последний байдарочный поход с друзьями. В октябре он становится Папой.

Свет в окне

Иоанн Павел II принял тиару в нелегкое для католической церкви время. Его предшественник, Иоанн Павел I, скончался через месяц после избрания, что породило множество вопросов. Борьба прогрессистов (либералов) с интегристами (консерваторами) не угасала. От каждого нового папы ожидали поворота курса, который был проложен Иоанном XXIII.

Этот курс был предложен как нельзя вовремя. Католическая церковь оказалась чуть ли не в самом глубоком кризисе за всю свою историю. И священники, и миряне требовали осовременить католическую доктрину, привести ее в соответствие с надеждами ХХ века. Вызывал неприятие разговор с паствой на уровне запретов и оторванных от жизни пожеланий. Статистика показывала сокращение числа католиков и рост числа священников, которые слагали с себя сан.

Второй Ватиканский собор дал толчок обновлению. Была принята пастырская конституция о церкви в современном мире, декларация о религиозной свободе и об отношении к нехристианским церквям. Теперь был необходим новый Папа, который воплотит это в жизнь и пойдет дальше. Таким Папой стал Иоанн Павел II.

В наш циничный век он представил личный пример честного выполнения своего долга. И такому человеку люди поверили, тем более что он не сидел взаперти в Ватикане. Миллионы видели Папу, пожимали или целовали его руку, смотрели в его глаза и понимали, что такие глаза не врут. Он объездил весь мир и не был, кажется, только в России и Китае, которые дали понять, что его визит нежелателен.

Моральный авторитет Папы был настолько высок, а призывы к свободе столь весомы, что с его именем связывают и победу «Солидарности» в Польше, и череду «бархатных» революций в странах Восточной Европы. Многие народы, жившие по закону зоны — «не верь, не бойся, не проси», — нашли в себе силы отбросить крайние призывы. Они просто перестали бояться.

Формулировка «грешить и каяться» никогда не устраивала Папу. «Не грешить и каяться» — вот путь, предложенный им. В годы своего понтификата он просил прощения от лица католической церкви у многих. У евреев — за антисемитизм, у жертв инквизиции — за те жестокости, которым они были подвергнуты. Были реабилитированы Альберт Эйнштейн, Галилео Галилей и Николай Коперник.

Это может показаться детскими играми, но так считают те несчастные, которые видят в каждом человеке потенциального врага, а в каждом поступке ищут подвоха.

Папа действительно хотел прекращения вражды между конфессиями и религиями. В 1986 г. он впервые в истории папства переступил порог синагоги и назвал иудеев старшими братьями христиан. Чуть позднее он молился у Стены плача в Иерусалиме. Он был первым Папой, который вошел в мечеть.

Папа-славянин очень хотел приехать в Россию, но подаренная им икона Казанской Божьей матери была сочтена недостаточным поводом. Она оказалась списком. Хоть и чудотворным, но не подлинником. А ненависть православной церкви к католикам, тянущаяся со времен раннего средневековья, оказалась сильнее заповеди любви.

Наверное, многое снова изменится в католическом мире с избранием нового Папы. XX век оставил вопросы, которые должен решить век XXI: контрацепция и клонирование, эвтаназия и гомосексуальные браки.
Но будут ли люди с такой же надеждой и дальше смотреть на крайние три окна Апостолического дворца? Пока там горит свет, есть кому за нас молиться.

Елена Травина

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *