Палеонтологи пролили свет на одну из тайн эволюции

Порывшись в музейных запасниках, канадские палеонтологи нашли останки странного существа. Это еще не змея, но уже не ящер: с задними конечностями у него все в порядке, а вот передних просто никогда не было. Эта находка заполняет пробел между двумя разновидностями животных и указывает на время, когда ящеры начали утрачивать конечности.

Ученые обнаружили новый вид ископаемой водной ящерицы, в ходе эволюции потерявшей обе передние конечности. Любопытно, что это свидетельство превращения ящериц в змей примерно 100 лет пролежало в Музее естественной истории Триеста, пока исследователи из Университета Альберты не заинтересовались находкой своих предшественников.

Рептилия, жившая 95 миллионов лет назад, представляет собой самый первый пример потери конечностей у водных ящериц, а также самое раннее свидетельство потери конечностей у ящериц вообще.

 

Бог существует! Математика может предоставить косвенные доказательства.

Польский священник и математик, друживший с покойным Папой Иоанном Павлом II, получил самую крупную научную премию за работу, которая демонстрирует, как математика может предоставить косвенные доказательства существования Бога. 72-летний профессор Михаль Геллер, специалист по космологии и философ, специализирующийся на математике и метафизике, вчера в Нью-Йорке получил премию в 820 тыс. евро.

Конец времени?

– Работа профессора Геллера строится вокруг поиска фундаментальной теории творения. Его исследования идут дальше Эйнштейна в область квантовой механики, космологии, физики и чистой математики, включая собственную версию уравнения Гейзенберга. Хотя его теории не доказывают существования Бога, они могут предоставить косвенные доказательства его существования.

– Если у Вселенной было начало, мы можем предположить, что у нее был Творец. Однако если Вселенная автономна, не имея ни границ, ни края, то у нее нет ни начала, ни конца: она просто существует. Где же тогда место для Творца?

– Профессор Геллер выступает против ньютоновской концепции творения, то есть против идеи абсолютного пространства и абсолютного времени и Бога, создающего энергию и вещество.

– Он предлагает современным теологам вернуться к традиционной доктрине, согласно которой создание Вселенной было актом вне пространства и времени.

Джеймс Джоуль (1818-1889) Великий экспериментатор, которого направлял Бог

Джеймс Прескотт Джоуль родился 24 декабря 1818 года в английском городке Салфорде, расположенном вблизи Манчестера. Он был вторым из пяти детей в семье состоятельного владельца завода. В детстве Джеймс был слабым и стеснительным ребёнком, у которого были проблемы с позвоночником. Эти обстоятельства, ограничивающие его активность, стали причиной того, что он предпочёл науку физической деятельности. Несмотря на то, что позже проблема с позвоночником уже не так беспокоила его, это отразилось на всей его жизни.

До пятнадцати лет Джеймс обучался дома. Затем он стал работать на производстве, принадлежащем его семье. Тем не менее, он и его старший брат продолжали брать частные уроки в Манчестере.

Когда их отец заболел, Джеймс и его брат начали заниматься делами на заводе, поэтому у Джеймса не было возможности посещать университет. Но, несмотря на это, его заветным желанием было продолжать обучение, и поэтому он создал у себя дома лабораторию, в которой начал проводить эксперименты каждый день до и после работы. Джеймс рассматривал свою научную деятельность как естественный результат своей христианской веры. Как он позже писал, «это очевидно, что познание законов природы означает не меньше, чем ознакомление с Божьим разумом, выраженным в этих законах». Читать полностью

Размышления физика о тайне творения вселенной

Автор этой статьи О.В.Петренко — кандидат физико-математических наук, специалист в области физики твердого тела, лауреат диплома I степени конкурса молодых ученых МГУ. Его перу принадлежит более 40 научных работ по физике. И все же данная статья, как и недавно вышедшая книга О.Петренко “Уверение Фомы” (Издательство Валаамского монастыря, М., 1997 г.), не являются анализом религии с помощью физики. Напротив, они представляют собой попытку осмысления верующим человеком последних научных данных, которые, по мнению автора, ярко и однозначно свидетельствуют о Творце.

Для обычного научного работника, давно переставшего в суете задумываться над вечными вопросами, новые результаты, появившиеся в последние 15-20 лет, стали полной неожиданностью. К тому же эта неожиданность для многих оказалась неприятной.

Дело в том, что новая ситуация в науке ставит человека перед нравственным выбором. Либо принять доводы здравого смысла с неизбежно вытекающими последствиями — жить по Божиим заповедям и выполнять Его благую волю. Либо сделать вид, что ничего не произошло и ждать каких-то дополнительных уточнений, которые, быть может, вернут утраченную опору из-под ног. Но в действительности же реализуется нечто, неподдающееся разумному объяснению. Читать полностью

За что сожгли Джордано Бруно?

Мятежники минувших времен. Вот уже свыше четырехсот лет идут споры о том, за что же все-таки сожгли Джордано Бруно. Разногласия вызывает даже то, кем был этот человек и что именно он сделал. Одни доказывают, что идеи Джордано на целые столетия обогнали его время. Другие утверждают, что он не привнес в науку ничего нового.

17 февраля 1600 года в Риме был праздник — 50 кардиналов, толпы паломников со всей Европы съехались в город ко гробу апостолов искать отпущения грехов. Казнь Джордано Бруно почему-то приурочили именно к этому празднику христианской любви и всепрощения. Чтобы не затягивать процедуру, присутствующей на казне публике зачитали приговор, в тексте которого не указывались причины казни. Упоминалось только о восьми пунктах, по которым Джордано был объявлен нераскаявшимся, упорным и непреклонным еретиком. Что это были за пункты, так и осталось загадкой. История сохранила лишь фразу самого Бруно, который, выслушав приговор, заявил девяти кардиналам Рима: «Вероятно, вы с большим страхом произносите приговор, чем я выслушиваю его». Чего же так боялись иерархи Ватикана?

Читать полностью

Вера как вызов (тезисы о вере, науке и «научном креационизме»)

Автор: М. Г. Селезнев (РПЦ)

Вера и разум

Попытки противопоставления науки и Библии, как и их синтеза, имеют под собой одну основу: представление о том, что наука и религия говорят на одном и том же языке. Так ли это? Для ответа на этот вопрос М. Г. Селезнев анализирует специфику религиозного языка и языка науки.

Попытки противопоставить науку и Библию, равно как и попытки «синтезировать» науку и Библию, исходят из неверной предпосылки, будто наука и религия говорят на одном и том же языке. Это не так. Для того чтобы понять суть проблемы, нужно уйти от поверхностного сравнения фраз, выдернутых из Библии, с фразами, выдернутыми из научно-популярной литературы, уйти на уровень глубже – к анализу специфики языка Библии. Или даже еще на уровень глубже – к анализу специфики религиозного языка как такового и специфики языка науки как таковой.

I

Христианская вера есть состояние духа (или, как теперь сказали бы, состояние сознания), при котором окружающий мир – мир ошибок и боли, мир смерти и тления – видится преображенным. Однако это видение преображенного мира никоим образом не отменяет трезвое видение мира таким, каков он есть сейчас.

Мы видели смерть наших близких и знаем, как распадается человеческая плоть. Биология и биохимия могут детально описать нам необратимый процесс разложения живой ткани и органических веществ. Но христианин верит, что смерть – не конец и что неведомым нам образом человека ждет Воскресение. Эта вера есть вызов научному, биологическому знанию о необратимости распада живой материи. Вызов не в смысле того, что биология и биохимия ложны, и нужно спешно придумывать какую-то православную или креационистскую биологию, а в смысле того, что в мире есть ракурс, недоступный науке. В этом ракурсе, в свете Воскресения, все оказывается иным. Но свет Воскресения лежит за пределами биологии. Читать полностью

Революция Гуттенберга, или как привычная детская игрушка перевернула мир

В последний день сентября 1452 года в маленьком немецком городе Майнце произошло событие, изменившее ход истории. Первопечатник Иоганн Гутенберг впервые напечатал латинский текст Библии. Ее тираж составил всего 180 экземпляров, но эта книга перевернула ход европейской истории.

Чтобы понять значение революции Гуттенберга стоит перенестись на несколько веков назад в средневековый византийский, европейский или древнерусский монастырь, в котором переписывалась та или иная рукопись. Инструментов у образованного инока было очень мало — небольшая конторка, за которой писали стоя, или маленький столик в скриптории (библиотеке), где можно было сидеть. Добавим к этому набор перьев и инструментов для подготовки пергамента к письму, собственноручно изготовленные чернила, да свечу, дающую скудное освещение, и мы увидим, насколько тяжек был труд переписчика. Над каждым манускриптом работало несколько человек — один писал основной текст, оставляя места для красивых первых букв нового абзаца, которые потом нарисует другой писец (отсюда пришло выражение «красная строка»), а затем рукопись могли украшать миниатюрами. Все это требовало огромных затрат сил, энергии и средств – над большими рукописями могли работать несколько переписчиков в течение десятков лет. Это приводило к тому, что каждая книга была уникальной, и на снятие ее копии также требовались десятилетия. Конечно, писцы пытались ускорить свой труд – постепенно выработалась система сокращений наиболее употребительных слов, которые писали под титлами. Существовал даже особый тип рукописей Торы, когда из слов в стихе писались лишь первые буквы («Вначале сотворил Бог небо и землю» — в с б н и з), но такие тексты были скорее шпаргалками для знатоков, чем книгами в современном понимании. Вырабатывалась более быстрая система письма – на смену уставу пришел полуустав. Буквы уменьшались в размерах, их начертание упрощалось, слова стали писать с помощью лигатур, то есть соединения соседних знаков в слоги). Все это увеличило скорость написания и уменьшило стоимость манускриптов, но проблема снятия множества копий с одного текста оставалась нерешенной. В монастырских скрипториях могли копировать рукопись под диктовку – несколько иноков на слух записывали текст. Любой, кто в школе писал диктанты, сразу назовет недостатки этого метода – человек мог не расслышать какое-то слово, принять его за другое или исказить до неузнаваемости. Ситуация усугублялась тем, что для экономии пергамента слова писались без пробелов, а часто и без знаков препинания. Для примера напишем знаменитую стихотворную строчку «яизлисувышелбылсильныймарос», предоставив читателю возможность самому восстановить первоисточник. Ситуацию усугублялась еще и тем, что в средневековье числа обозначались буквами, что добавляло путаницу и возможностей для неверного прочтения. Читать полностью

Концепция «разумного замысла» как версия телеологического доказательства бытия Бога

Концепция «разумного замысла» (intelligent design, далее ID) представляет собой один из самых респектабельных креационистских проектов. Она заявляет о себе как об особой исследовательской программе, которая, следуя принципам строгой научности, призвана обосновать участие разумных агентов в создании сложных природных систем, и прежде всего — живых организмов. Исследования в рамках ID-подхода опираются лишь на проверяемые и воспроизводимые данные вне привязки к какой-либо определённой религиозной конфессии; соответственно, Св. Писание не рассматривается как базовый источник естественнонаучной информации. Действительно, сторонников ID трудно уличить в той небрежности в обращении с научными фактами, столь обычной для других креационистов.

Но достижима ли та цель, которую ставит перед собой ID? Возможно ли, находясь лишь в рамках науки (под которой здесь и далее понимается европейское естествознание Нового времени), доказать или же опровергнуть разумность замысла, проявляющегося в совершенной организации многих природных объектов? На мой взгляд, сделать это принципиально невозможно: наука просто не располагает средствами для того, чтобы отличить изделие, появившееся разумным путем, от предмета, возникшего в результате естественных процессов. Единственный путь, позволяющий научно доказать наличие ID, состоит в доказательстве сознательного участия человека в создании объекта.

Я не утверждаю, что в природных системах нет проявлений разумного замысла; в настоящей работе я хочу лишь показать, что их выявление не входит в компетенцию естествознания. Тем самым мне хотелось бы провести демаркационную линию между наукой и религией в одной из тех областей, где отношения между ними остаются болезненными.

Коперник и лютеране

«И все-таки славословить Тебя хочет человек, частица созданий Твоих. Ты услаждаешь нас этим славословием, ибо Ты создал нас для Себя, и не знает покоя сердце наше, пока не успокоится в Тебе» (блаж. Августин).

Никогда не перестаешь удивляться тому, как научные мифы воспроизводятся снова и снова, ad nouseam. Все мы слышали абсурдный миф, будто люди некогда считали Землю плоской, но есть и более пагубный (поскольку речь идет о репутации человека) миф, будто протестантские реформаторы, Лютер и Кальвин, с пеной у рта выступали против взглядов Коперника. На самом же деле, вы не найдете в их книгах, письмах, проповедях или иных сочинениях ни единого отрывке, где бы имя Коперника хотя бы упоминалось. Однако в учебниках, как ни удивительно, говорится, что «Лютер нападал на Коперника» (Berman and Evans, Exploring the Cosmos).

Недавно я видел один комментарий, в котором говорилось, что Мартин Лютер называл Коперника «глупцом, который поставит всю астрономическую науку с ног на голову», и что Коперник столкнулся с большими трудностями, когда пытался опубликовать свою работу в Виттенбергском университете, и что его сторонники сталкивались с трудностями, пытаясь получить или сохранить место в этом учебном заведении.

Искать в обширном собрании сочинений Лютера приведенную выше цитату или какое-то подобное высказывание — напрасный труд. Если у кого-то все же хватает честности, чтобы назвать источник, это будет ссылка на Tischreden, или «Застольные беседы», в которых содержится множество занимательных, но, без сомнения, приукрашенных и сомнительных высказываний, якобы сделанных Лютером за обеденным столом. Эти слова были записаны приглашенными на обед гостями десятки лет спустя и не имеют никакой ценности в качестве исторического источника.

Антоний Лаутербах, который присутствовал на одном таком обеде в 1539 году, воспроизводит пресловутое высказывание, приписываемое Лютеру, и вспоминает:

Был упомянут некий астролог, который хотел доказать, что движется Земля, а не небо, Солнце и Луна. Это все равно, как если бы кто-то ехал на телеге или на корабле и представлял, будто он стоит на месте, а земля и деревья движутся.

Лютер, по словам Лаутербаха, заметил:

Всякий, желающий быть умным, не должен соглашаться ни с чем из того, что ценят другие. Он должен делать что-то свое. Именно так и поступает этот господин, который хочет перевернуть всю астрономию с ног на голову.

 

Ученый-генетик доказывает, что Адам и Ева действительно существовали

Современные методы анализа ДНК подтверждают библейское предание об Адаме и Еве, утверждает специалист по генетике имолекулярной биологии д-рДжорджия Пардом (Georgia Purdom), сообщает charismanews.com. Недавно она опубликовала документальное исследование «Ответы в Книге Бытия», где излагает свои выводы и научные доказательства реальности событий, изложенных в Библии.

«Существуют твердые генетические доказательства того, что Бог создал первую человеческую пару, и одно из самых неопровержимых доказательств дало нам исследование митохондриальной ДНК, проведенное генетиком д-ром Натаниэлем Джинсоном (Nathaniel Jeanson), — говорит Пардом. – Это исследование четко показывает, что общечеловеческая праматерь по женской линии (библейская Ева) жила именно в библейское время, то есть несколько тысяч лет тому назад».

Джинсон также выполнил исследование, опровергающее временные рамки теории эволюции. Его суть, если изложить ее простыми словами, в следующем: если бы эволюция и вправду была, такой как ее описывают дарвинисты, и если бы женщины и мужчины странствовали по планете столько тысяч лет, сколько ей требуется, то наше генетическое разнообразие было бы куда более широким.